ЗОЛОТАЯ АГОНИЯ

ЗОЛОТАЯ АГОНИЯ

---

ПРОЛОГ

Сотни миллионов лет назад. Галактика была иной.

Героическая раса владела технологией, которую никто не мог повторить. Они управляли временем — могли отмотать его на 45 секунд назад, чтобы исправить ошибку. Их корабли двигались быстрее света, их мечи рассекали броню планет, их магия и наука слились воедино.

Император Героической расы был мудр и справедлив. У него была законная жена — будущая мать Серебряных. И была любовница — женщина из Обсидиановой расы, чёрная и молчаливая, как бездна.

Он подарил любовнице сына. Но когда родился этот ребёнок — его кожа была твёрже камня, кровь текла жидким металлом, а сердце не знало жалости. Это был первый Железный.

Законная жена родила другого сына — серебряноволосого, бесстрастного, холодного. Это был первый Серебряный.

Обсидиановая раса возгордилась. Они решили, что их потомок должен править, а не бастард. Они убили девушку — мать Серебряных.

Император пришёл в ярость. Он приказал уничтожить Обсидианов. Их планета была стёрта с лица вселенной. Но часть их спаслась — улетела в тёмный сектор космоса и затаилась.

Героическая раса не выжила. Они исчезли через несколько миллионов лет. Остались только руины, артефакты и мифы.

Но их дети остались.

Серебряные — холодные, безэмоциональные, верящие, что Вселенная принадлежит им по праву крови от законной жены.

Железные — грубые, сильные, горячие, считающие, что сила решает всё, потому что их мать была любовницей.

Тысячелетия они сражались. Потом объединились. Потому что ненавидели друг друга меньше, чем ненавидели всех остальных.

А потом нашли маленькую, отсталую планету.

Землю.

---

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ПАВШИЙ РУБЕЖ

---

Эльбрус. Внешний опорный пункт человечества. Война длится уже триста лет. Сначала люди победили в одной войне — и назвали себя Золотой расой. Это была их единственная победа. После — два сокрушительных поражения. Серебряные и Железные расы, объединившись, теснят человечество к Солнечной системе. Эльбрус — последний бастион перед Нептуном. Если он падёт — враг войдёт во внутренние рубежи.

18 часов после начала сражения за Эльбрус.

---

Небо Эльбруса почти полностью закрыто дымом. В атмосфере горят обломки космических кораблей. На поверхности планеты растянулось поле боя на сотни километров. Разрушенные города, бронетехника и миллионы погибших солдат остались после крупнейшего сражения в истории Золотой расы.

Это была планета-крепость. Когда-то здесь кипела жизнь — военные базы, командные центры, склады боеприпасов. Теперь только пепел, ржавый металл и бесконечные холмы из тел. Серебряные и Железные наступали двумя фронтами. У людей не было шанса с самого начала.

Отряд разведчиков высадился на южном краю разрушенного военно-стратегического комплекса. Он был построен ещё двести лет назад, когда человечество верило, что сможет удержать Эльбрус навсегда. Толстые стены, подземные бункеры, зенитные установки. Сейчас от всего этого остались только груды бетона и искорёженной арматуры.

Когда-то здесь держали оборону против Серебряных, а потом сзади ударили Железные. Удар в спину решил всё.

Комплекс был разбит в пух и прах. Стены обрушены. Траншеи засыпаны. Бункеры превратились в братские могилы.

Вокруг — пустыня. Местами — болото. Дым смешивается с туманом, и видно только на десять метров вперёд. Воздух тяжёлый — пахнет гарью, сыростью и смертью. Где-то вдалеке всё ещё рвутся снаряды — враг добивает остатки обороны.

---

Капитан второго ранга Андрей Воронов поднял руку, останавливая отряд.

Ему было сорок два года. За плечами — три войны. Два шрама на лице — один от Серебряного, другой от Железного. Он видел, как падают планеты. Он хоронил друзей. Он не верил в чудеса. Но он верил в приказы.

— Проверьте поле боя, — сказал он. Голос низкий, хриплый. — Кто-нибудь должен был выжить. Это стратегический комплекс — здесь были генералы, офицеры, связь. Если есть хоть один живой — мы должны его найти.

— Так точно, — отозвались разведчики и рассыпались по руинам.

Они шли молча. В этом аду говорить не хотелось. Запах горелой плоти и металла смешивался с сыростью болот. Вода хлюпала под ногами. Пустыня и болото встречались здесь, создавая странный, мрачный пейзаж — где песок перемешивался с грязью, а на горизонте виднелись скелеты сгоревших зданий.

Где-то вдалеке гудел двигатель — вражеский дрон прочёсывал территорию, но слишком высоко, чтобы заметить пехоту.

Они прошли около ста метров через руины бывшего командного пункта, когда один из разведчиков резко остановился.

— Командир! — крикнул он, стоя у груды бетонных обломков. — Здесь!

Воронов подошёл.

Под плитой лежал солдат Золотой расы. Его форма была порвана, лицо залито кровью, дыхание хриплое, но он был жив. Рука неестественно вывернута, на груди — рваная рана, через которую сочилась кровь. Но он дышал.

— Вытаскивайте его, — приказал Воронов. — Осторожно.

Несколько бойцов отодвинули плиту. Солдат застонал. Он был молод — лет двадцать пять, не больше. Воронов приложил пальцы к его шее.

— Пульс есть. Слабый.

— Солдат, — капитан наклонился над ним. — Слышишь меня?

Раненый открыл глаза. Они были мутными, но он попытался сфокусировать взгляд на командире.

— Да... сэр...

— Что произошло на Эльбрусе? — спросил Воронов. — Где наши войска?

Солдат судорожно вдохнул. Воздух со свистом выходил из раненого лёгкого.

— Мы проиграли, — сказал он.

— Почему?

— Нас предали... — солдат сглотнул, на губах выступила кровавая пена. — Железные. Они должны были наступать вместе с нами... Но в самый разгар сражения их армия остановилась... а потом развернулась.

Воронов нахмурился. Он знал, что Железные — коварны. Но чтобы предать прямо на поле боя...

— И ударила нам в тыл? — переспросил он.

— Да.

— А Серебряные?

— Атаковали нас в лоб... — солдат закашлялся, изо рта потекла кровь. — Мы оказались между ними. Два фронта.

Один из разведчиков, молодой парень с бледным лицом, прошептал:

— Два фронта...

— И враг превосходил нас численно, — продолжал солдат, собирая последние силы.

Воронов наклонился ниже:

— Сколько?

— На Эльбрусе находилось больше миллиарда их солдат, — сказал раненый. — Возможно... почти два миллиарда.

— А наши силы?

— Примерно... миллиард двести миллионов.

Воронов оглянулся на бесконечное поле разрушений. Он знал, что враг сильнее. Но такие цифры — даже у него перехватило дыхание. Больше миллиарда своих солдат. И почти два миллиарда врагов. Это не битва. Это мясорубка.

— Сколько осталось? — спросил он тихо.

— Я не знаю... — выдохнул солдат.

— Где наша армия?

— Её больше нет.

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Только ветер гулял по руинам и кричали где-то вдалеке чайки, которых не смущала война.

Воронов сжал зубы.

— Кто командовал обороной? — спросил он.

— Генерал Варен.

— Он погиб?

— Да. Штаб уничтожен. Все погибли... все... — голос солдата сорвался.

Воронов выпрямился. Он уже знал ответы, но заставлял себя спрашивать дальше.

— А что насчёт флота? На орбите были наши корабли.

— Их сбили, — сказал солдат. — Первыми. Железные зашли с тыла и ударили по докам. Половина флота сгорела на взлёте. Остальные... они прорвались к Нептуну.

Воронов повернулся к разведчику с рацией:

— Связь с флотом?

Разведчик поднёс рацию к уху. Послушал. Лицо его побледнело.

— Командир... мы только что получили сообщение с орбиты.

— Говори.

— Серебряные и Железные начали высадку новых войск. Ещё около восьмисот миллионов. Они заходят с тыла. Нас хотят окружить.

Воронов медленно посмотрел на разрушенный горизонт. Над болотом поднимался туман, смешиваясь с дымом от пожаров. Где-то там, за этим туманом, были враги. Миллионы врагов. И его маленький отряд — всего двадцать человек.

Его руки сжались в кулаки.

— Значит, битва за Эльбрус ещё не закончена.

Раненый солдат попытался приподняться, но не смог.

— Сэр... — прохрипел он. — У нас больше нет армии. Мы проиграли.

— Тогда будем сражаться теми, кто остался, — сказал Воронов.

Разведчик с рацией шагнул ближе:

— Но если они окружат нас...

— Поэтому мы не будем ждать окружения.

Воронов поднял оружие и посмотрел на небо, где появлялись тысячи вражеских кораблей. Их было так много, что они закрывали собой звёзды. Чёрные силуэты на фоне красного заката — они опускались всё ниже, готовясь высадить новые волны солдат.

Капитан перевёл дыхание и заговорил громко, чтобы слышали все:

— Передайте всем оставшимся подразделениям: отступаем к северным городам. Там есть корабли, бункеры... там мы сможем закрепиться. Пусть все, кто ещё жив, собираются там. Мы не дадим им окружить нас.

Молодой разведчик подошёл к нему. В его глазах был страх, но он старался держаться.

— А если враг последует за нами?

Воронов посмотрел на раненого солдата. Тот уже не мог говорить — только смотрел мутными глазами, понимая, что умирает.

Капитан наклонился и прошептал ему на ухо:

— Тогда Эльбрус станет для них не победой. А могилой их наступления.

Раненый едва заметно кивнул — и закрыл глаза. Его дыхание остановилось.

Воронов выпрямился. Он не стал закрывать ему веки. Не было времени.

— Мы уходим, — сказал он. — Быстро. Те, кто может идти — идут. Раненых — нести. За мной!

Отряд двинулся на север. Они бежали по болоту, пробирались через пустыню, обходили горящие руины. За ними оставался только дым, трупы и один мёртвый солдат.

Они не оглядывались.

---

Северные города Эльбруса. Через четыре часа.

Отряд Воронова добрался до эвакуационного пункта. Это был не город — скорее укреплённый космопорт, построенный в скалах. Остатки армии грузились на транспортные корабли. Тысячи солдат — грязные, израненные, но живые. Женщины, дети — гражданские, которых не успели эвакуировать вовремя. Все они стояли в очередях, надеясь, что кораблей хватит на всех.

Воронов зашёл на борт одного из кораблей. Его встретил офицер связи — худой мужчина лет пятидесяти с дрожащими руками.

— Капитан, — сказал он. — Мы отправляем последнюю партию на Землю. Там готовят оборону... если враг прорвётся к Солнечной системе, мы будем биться до конца.

— Сколько кораблей осталось? — спросил Воронов.

— Сорок два. Ещё триста тысяч солдат на поверхности. Мы не сможем вывезти всех.

— Вывозим тех, кто может сражаться. Гражданских — в первую очередь.

— Но приказ штаба...

— Приказ штаба — отступать к Нептуну, — перебил Воронов. — Гражданские не нужны на Нептуне. Они нужны на Земле. Вези их туда.

Офицер кивнул и ушёл отдавать распоряжения.

Воронов подошёл к иллюминатору. Снаружи — горящие города, дым, и где-то там, в руинах, миллионы погибших. Его собственный отряд стоял внизу, готовясь к посадке. Двадцать человек. Из них только двенадцать были ранены, но все живы. Это уже победа.

Он повернулся к связисту:

— Передайте на Землю: Эльбрус пал. Оборона уничтожена. Мы отступаем к Нептуну. Но мы не сдаёмся.

— Есть, сэр.

— И ещё, — добавил Воронов. — Спросите у командования... когда уже проснётся Адмирал Эйс? Потому что без него мы не выдержим следующей битвы.

Он посмотрел на звёзды за иллюминатором. Где-то там, в далёкой Солнечной системе, на Земле, лежал человек, который мог всё изменить. Единственный модифицированный солдат в истории человечества. Тот, кто убил восемнадцать Клыков Жнеца в одиночку. Тот, кто пал в кому десять лет назад.

— Просыпайся, Эйс, — прошептал Воронов. — Нам нужен ты.

Корабль оторвался от земли. Начал подниматься в атмосферу. Сквозь иллюминатор было видно, как Эльбрус медленно становится меньше, превращаясь в точку.

Внизу — миллионы мёртвых. Вверху — вражеские корабли, входящие в атмосферу.

А впереди — Нептун.

И тьма за ним.

Конец первой главы.